Истина где-то не в прошлом

10 апреля на социологическом факультете МГУ состоялось очередное заседание Центра консервативных исследований на тему «Консерватизм как проект». Участники обсуждения задались целью рассмотреть феномен консервативного проектирования в перспективе развития русской общественной мысли с конца XIX века до наших дней и попытаться очертить контуры актуального настоящему моменту консервативного проекта.

Политический обозреватель Первого канала, бывший редактор журнала «Профиль» Михаил Леонтьев выступил на мероприятии в качестве основного докладчика. Начал он своё выступление с того, что сформулировал главный, по его мнению, вопрос, на который должен ответить любой общественный мыслитель – вопрос о государстве. «Можно совсем прямо: зачем нужно государство? Не стану перечислять либеральные концепции – «ночной сторож» и так далее… - но существует одна очень точная формулировка, и она, пожалуй, даже не консервативная, а скорее универсальная: государство нужно для того, чтобы выиграть войну. Конечно, войну следует понимать в широком смысле и помнить о том, что война меньше всего грозит тому, кто к ней лучше подготовлен. Но для нашей традиции и эта формулировка не является самой важной. В нашей традиции государство самоценно. Жизнь государства, его процветание и могущество – самоценны, и служение ему является ценностью. Империя сакральна – не в силу чего-то там, но как таковая. Если мы принимаем это, то всё встаёт на свои места. Сразу станет понятно, по какому принципу должны строиться институты и производиться отбор», - заявил политолог.

Следующим пунктом выступления докладчик обозначил актуальность и востребованность общественно-политического проектирования именно сегодня – в разгар «системного мирового кризиса». «Мы говорим уже не об экономике, – подчеркнул Леонтьев. – Это крах системы эгалитарного гуманизма, где человек стоит в центре всего, и все люди равны». По словам политолога, такой подход к интерпретации действительности, будучи абсолютно не адекватным социальной реальности, вынужденно порождает формы имитации общественно-политического процесса, вуалирующие реальную политику. Такой способ существования является глубоко конфликтным, и в своих «зрелых» формах утрачивает способность отвечать на вызовы.

Таким образом, сознательный отказ от заблуждения в отношении человеческой природы является первым обязательным шагом на пути создания новой жизнеспособной формации. «Люди разные, они не равны в математическом смысле. У людей разные мотивы, разные ценности, вообще разная природа. Они хотят от жизни разного», - настаивает Леонтьев, утверждая необходимость отражения этой реальности в системе общественных институтов. В качестве опыта такого рода проектирования он представил проект «Третья империя», в рамках которого, в частности, была разработана нео-сословная концепция, предлагающая несколько различных форматов соотношения прав и обязанностей: «Принцип – отказ от эгалитарного гуманизма и реальная свобода выбора, свобода выбирать разную жизнь. Свободно принятые обязанности дают такие или иные права. Это фактически сословная система с открытыми сословиями».

Руководитель ЦКИ, профессор МГУ Александр Дугин, начиная свою речь, вернулся к рассмотрению базовых параметров того, что следует понимать под словом консерватизм. «В нашей инициативе нас сопровождает представление, что консерваторы хотят сохранить прошлое. В этой связи во избежание неопределённости следует подчеркнуть: наша миссия состоит не в том, чтобы сохранить прошлое, а в том, чтобы реализовать «синхронический подход». Специфика историцизма заключается в опоре не на бытие, а на движение. Апелляция к прошлому – это своего рода «полемический приём» консерваторов в диалоге с прогрессистами, и сегодня этот приём работает хуже, чем когда бы то ни было. Консерватор защищает не прошлое, а неизменное. Консерватизм ориентирован не назад, а вертикально. Мы отстаиваем постоянное – некие фундаментальные константы», - заявил философ.

По его словам, настоящий консерватор одинаково беспристрастно взирает из сферы постоянного и на прошлое, и на настоящее, и на грядущее. Важно в этой связи различить в прошлом бывшее, в настоящем – бытующее, в грядущем – будущее, то есть – в соответствии с концепцией Мартина Хайдеггера - встать во времени на сторону бытия. Исходя из этого, необходимо различать чисто реактивную охранительную инициативу и консервативный проект, который есть не что иное, как «сражение с грядущим на стороне будущего».

Следующей важной темой, затронутой профессором Дугиным, стал набросок консервативного образовательного канона, который, по мысли философа, с необходимостью должен включать в себя три важнейшие составляющие: богословие, этносоциологию и геополитику.

Наконец, ещё одним важным моментом с точки зрения позиционирования консерватора в современном информационном поле является открытый и честный взгляд на войну. По убеждению Дугина, в котором его поддержал и Михаил Леонтьев, и декан соцфака Владимир Добреньков, необходимо отказаться от эвфемизации войны в общественном дискурсе и последовательно отказаться от «борьбы за мир» в сфере практики. «Вопрос войны должен стоять открыто и прозрачно, - заявил Дугин. – Мы – воюющий народ, воюющая страна, воинственная церковь. Не надо пропагандировать войну, но надо признаться, что борьба за мир нас разложила. Потом, война и так уже идёт – надо лишь назвать вещи своими именами».

Известный публицист, активист и идеолог единоверческого движения в Православии, кандидат юридических наук Владимир Карпец изложил взгляд консерватора на проблему государствоведения и государствостроительства.

«В новой государствоведческой модели мы должны решительно уйти от концепции разделения властей и гражданского общества. Разделение властей есть мираж, поскольку всякая власть в принципе должна быть едина, и если она не едина, то это – не власть», - заявил докладчик. Вместе с тем он указал на необходимость отказаться от классификации форм государственного устройства и вернуться к бессмертной аристотелевской типологии государств.

В качестве единственно приемлемых для России форм организации властной иерархии выступающий выделил два принципа: царско-земский и орденско-партийный. Причём эти принципы не являются взаимоисключающими и могут дополнять друг друга. Первый представляет из себя модель легальной институализации власти – «соединение вертикальной властной оси и местных форм самоорганизации». Второй есть модель «чрезвычайно-диктаторская», наиболее показательным осуществлением которой стала опричнина Ивана Грозного.

Собственные уточнения к списку идеологических констант консерватизма предложил доктор исторических наук Александр Репников. Важным в выступлении учёного стало указание на национальную окраску консерватизма и на соотношение его вариантов и инвариантов в целом.

Необходимость обуздания идеи развития в рамках консервативного проекта подчеркнул в своём докладе доктор исторических наук Вардан Багдасарян, снабдивший свои тезисы внушительными эмпирическими выкладками.

Только что вернувшийся из Молдавии, а перед этим побывавший в Румынии лидер Евразийского союза молодёжи Павел Зарифуллин рассказал об опыте общения с современными восточно-европейскими консерваторами. На примере отношения к кишинёвским событиям он продемонстрировал разнообразие политического мышления различных консервативных кругов и истолковал природу этих различий, исходя из данной Александром Дугиным триады: «Теология у нас с ними одна, а вот этносоциология и геостратегия оказались разными». Углубившись в рассмотрение различных типов политического консерватизма, лидер евразийцев продолжил анализ их соотношения в аспекте общности и различия по тем или иным показателям. В этой связи, а также в виду постулата о неизбежном и скором крахе либеральной модели, Зарифуллин сделал вывод, что новая мировая политическая палитра будет представлять из себя мозаику различных консерватизмов. И то, «каков будет рисунок этой мозаики, и как будут складываться отношения между её элементами – вот это самое интересное, это и будет содержание политического процесса».

Помимо указанных тем в ходе выступлений и дальнейшего обсуждения также напомнила о себе проблема формирования новой консервативной элиты, на чём подробно остановился в своём выступлении заместитель руководителя ЦКИ Валерий Коровин. Все участники обсуждения согласились с тем, что первостепенную роль в этом процессе будет играть образование. Весьма кстати Владимир Добреньков напомнил собравшимся о том, что по решению Министерства образования России МГУ получил право самостоятельно утверждать образовательные стандарты для обучения по специальностям.

В этом смысле перед ЦКИ открывается вполне реальная перспектива – стать лабораторией той самой новой консервативной системы фундаментального гуманитарного образования, принципы которой наметил в своём выступлении Александр Дугин.

• Будущее в прошлом
• Сопротивление бесполезно
• Зерна от плевел отделить
• Самой популярной идеологией в России является консерватизм: ВЦИОМ
• Цветущая сложность консерватизма